«Меня нанимает проект, а не участники, и я действую в интересах своего клиента», – Телепсихолог Алевтина Шевченко

МастерШеф 6

На всех реалити и талант-шоу кипят нешуточные страсти – участники рыдают, дерутся, бьются в истериках. В общем, устраивают тайфуны из  эмоций и цунами  из чувств, чем, собственно, и привлекают зрителей. Оказывается, в этом чаще всего им помогают профессиональные психологи. Работа такого специалиста на телевидении – тайна, покрытая если не мраком, то полумраком. Чтобы развеять его, я решила пообщаться с известным психотерапевтом Алевтиной Шевченко – одним из самых важных членов команды проекта СТБ «МастерШеф».  

В чем заключаются работа психолога на телепроектах?

Это отдельная психологическая профессия – по всем признакам. Начиная с того, что задача стоит совершенно особенная. Человек приходит на реалити-шоу затем, чтобы быть кому-то интересным. Такой задачи нет в психотерапии – помочь человеку быть интересным. А тут мы должны ему помочь научиться вызывать интерес у людей. И тут, как говорится, все средства хороши. Зачем ему быть интересным – это другой вопрос. Может быть, он страдает от травм, может, он демонстративен или ему нравится его изображение на экране, может, он таким образом самоутверждается.

Шевченко-алевтина-интервью-1

                                             Психолог на телевидении – это отдельная профессия

Как вам работается на «МастерШеф», есть своя специфика?

Это, кстати, довольно легкая работа. Обычно нужно придумывать какие-то сценарные моменты, провокации. Потому что мы все в обычной жизни достаточно нудные. В «МастерШефе» этого нет. Тут есть фрустрация, внутреннее напряжение участников – из-за того, что они 

выбывают
по одному

.

У меня до этого шоу такого опыта не было – когда участники вылетают из проекта. Это очень сильный момент – как маленькая смерть.

Как вы вообще попали в телевизор?

На мой первый проект, «Про
любоff»
 
на «1+1»,я попала очень просто – меня тупо нашли через интернет. Его делали те же люди, что и программу Кати Осадчей. Они научили меня всему. Я еще тогда шутила, что никакого кастинга не пришлось проходить, а выяснилось, что они передо мной пересмотрели с десяток психологов. А на «МастерШеф» меня пригласили уже после «Свадебных битв», куда пришла, просто отослав резюме на СТБ.

На «МастерШефе» поначалу было немного непривычно – у меня не было такого навыка оценивать по-телевизионному. Это такая особая оценка, «телевизионный глаз» и он видит, есть у человека какие-то возможности на шоу или нет. 

А что делает психолог на кастинге?

На кастинге я готовлю человека так, чтобы он раскрылся. Я его раскочегариваю. Все эти слухи про то, что на шоу нужны невротики, какие-то психи, фрики – только слухи. Нам нужны просто открытые люди. И я им помогаю немного приоткрыться. Потому что есть такие, которые просто-напросто захлопываются перед камерой – как я, например (смеется). А дело в том, что я ко всем участникам отношусь… ну, как к своим детям. Я знаю, что не должна этого делать, но… но я могу себе это позволить!

А какой-то конкретный пример? Вот был там у вас персонаж в кастингах – ни бе ни ме, стеснительный такой.

Так это вы еще других не видели! Зритель ведь хочет достоверности. Мы же не берем каких-то артистов – знаете, есть такие – подрабатывают тамадой, аниматорами. В них есть фальшь, игра – это немножко не тот жанр. С ними не получается «реалити». Так что берем только «живых», настоящих.

Шевченко-алевтина-интервью-2

                                                   Да это вы еще других участников не видели!

 Кто запомнился из тех, кто приходил на кастинги, но не попал в итоге на шоу?

Приходили, конечно же, тысячи – самые разные люди. Вот, например, приходил Леонид Смелянский – продюсер, когда-то руководил ВИА  

«Лейся
песня»
 

и был свидетелем на венчании Аллы
Пугачевой
 
и Филиппа
Киркорова
 
Он специально приехал в Киев из Израиля – так хотел попасть на «МастерШеф». И его не взяли, из-за чего он ужасно расстроился. Смелянский готовил кус-кус, но Эктор нашел неточности в приготовлении. Или вот приходил еще качок – известный бодибилдер. Его уговорила прийти на кастинг девушка, которая сама в прошлом году пыталась попасть на шоу. Она придумала, что им нужно «закрутить роман» – думала, что таким образом привлечет к ним внимание. Она так весь кастинг и провисела у него под мышкой. А еще была самая настоящая стриптизерша. Пришла на кастинг в очень откровенном костюме, при этом практически не умея готовить.

Шевченко-алевтина-интервью-3

                                                    А еще была самая настоящая стриптизерша!

Как вы добиваетесь нужного поведения от участников?

Знаете, если я сейчас захочу ткнуть вам пальцем в глаз, то рефлекторно вы моргнете. Вот так же работает и реагирует на раздражители человеческая психика. Причем, у всех ведь по-разному. Перед кем-то можно руками помахать и он уже в панике, а у других рефлексы притуплены. Есть и такие, кому важно, чтобы на них смотрели любой ценой.

Как участница 

Виталия

?

Ну да. Она же у нас любимый демонстративный такой участник. И что хорошо, при этом человек все делает без какого-то там самолюбования. Она готова плясать, выставлять себя в каком-то не самом выгодном свете – нет у человека больного нарциссизма. Бывают же люди, которые хотят себя показывать только с хорошей стороны.

А если человек пришел и сначала кажется вполне адекватным, а, попав на шоу, оказывается невменяемым? Что вы с ним делаете?

Ну, мы его, конечно, подлечиваем. Приходится выстраивать с ним свои отношения. С задачей дать ему раскрыться. Одному нужно что-то внушить – есть специальные внушающие методики, их, кстати, используют мамы в общении с детьми. Другого достаточно просто по руке погладить.

Шевченко-алевтина-интервью-4

                                         Вот сейчас я ткну вам в глаз пальцем – вы заморгаете

А не объясняете им, как они выглядят со стороны?

Если объяснять человеку, как он выглядит со стороны, то мы его просто напугаем. Мы выбираем на кастинге людей спонтанных, аутентичных, естественных. Некоторые – ну прямо 

Аль
Пачино

Он не артист, чтобы я ставила ему задачу со стороны. Да и он не может быть другим, бесполезно что-то ему такое говорить. Можно только перепугать человека. Ну, это как сказать «Расслабьтесь», «Не нервничайте» – это никому и никогда еще не помогало. Мы действуем другими методами. 

Так, а как вы помогаете?

У нас уже пять участников получили кители – они уже победители. И двое из них говорят, что у них все начало получаться после разговора со мной. Нагрузки психологические на шоу очень большие. А я снимаю стресс.

Были какие-то истерики у участников?

На «МастерШефе», конечно, у участников случаются  и истерики, и  срывы. И конкретно на этом проекте истерика выражается в том, что человек начинает плохо готовить. Или происходят какие-то вещи с телом. Например, одна участница на выездных съемках очень нервничала, куда-то побежала – упала и сломала ногу. 

Конечно, достаточно напряженной  является сама драматургия шоу, создающая  ситуации постоянной и сильной конкуренции. Нервы участников напряжены и, бывает, сдают. Никто, по моим наблюдениям, не бывает готов к уходу. Каждый надеется остаться и выйти победителем. У кого-то огорчение выражается в слезах, кто-то считает несправедливым решение судей, кто-то видит в случившемся происки других участников. Психологическое состояние обязательно влияет на выполнение заданий – устойчивая, гибкая психика помогает  справляться с ними лучше. Например, у одного вполне вроде бы мужественного участника во время съемок началась просто-таки паника. Он начал создавать какие-то группировки, заставлял других приносить клятвы верности в вечной дружбе – это в условиях-то индивидуального конкурса! Некоторых впечатлительных ребят так пригрузил, что это, конечно же, повлияло на их результаты не лучшим образом.

Шевченко-алевтина-интервью-5

                                    Никто, по моим наблюдениям, не бывает готов к уходу

А чем участники занимаются между съемками?

Вы знаете,  они сидят в интернете или читают толстенные книги по кулинарии – повышают свою кулинарную эрудицию. И кстати, если поначалу они думали, что попали в пионерский лагерь – пытались дружить, петь песни, то теперь они, ближе к концу проекта, остро почувствовали конкуренцию.

Какие задачи ставит перед вами руководство?

Хотелось бы, чтобы они ставили задачи. Но тут такая профессия, когда ты сам ставишь перед собой задачи. Иногда могут поставить в качестве задачи провокацию на эмоции. Когда человек в ступоре, например, и его надо расшевелить. Впрочем, мой клиент – не столько участники, сколько съемочная группа. Одна из главных задач –  чтобы весь процесс создания шоу был «экологичным», естественным, чтобы он не вредил людям.

Работать приходится со всеми.  Меня нанимает проект, а не участники, и я действую в интересах своего клиента, прежде всего. И даже с операторами. Например, у оператора в этот день бабушка умерла, а ему нужно работать. Или пришел режиссер – а у него кошка из окна выпала. Иногда бывает, что съемочная группа привязывается к участникам, у каждого есть свой любимчик, за которого болеют, которого любят. А они вылетают. А повлиять на правила никакой возможности нет. Люди очень расстраиваются, переживают – все. А во-вторых, работа очень напряженная. Ночные съемки – большая нагрузка, мы сидим там безвылазно. Есть участники, которые не подпускают к себе психолога. Мне одна участница сказала: «Я вас, психологов, ненавижу! Ходите тут все вынюхиваете, выслушиваете!». Это притом, что ни конфликта, ни даже особого контакта у нас с ней не было. Поэтому без  запроса, без надобности я лично стараюсь «в душу не лезть». Но она четко сформулировала отсутствие потребности в общении с психологом – да ей бы это и не помогло.

Шевченко-алевтина-интервью-6

               Меня нанимает проект, а не участники, и я действую в интересах своего клиента 

С ведущими работаете?


Мы с ними договорились, что если будут запросы, то они будут обращаться. Им же приходится на этом шоу свои вердикты выносить, высказывать свое мнение. Для этого нужно, чтобы был психологический ресурс. У нас же не все ведущие – профессионалы на кухне. Жанна
– 
не кулинар, может чувствовать себя неуверенно в оценке некоторых кулинарных моментов. Может быть плохое настроение, а нужно выходить и работать. Николай
Тищенко
 
иногда лютует на съемках.

А есть установки вроде распределения ролей на добрых и злых полицейских?


Руководители проекта, может, и хотели бы такого четкого распределения ролей, но мне кажется, так не получается. На нашей программе этого нет. Более того, хотя и существуют, конечно, какие-то подводки, тексты, но я вижу, что очень много судьи говорят от себя. У нас так подобралось, что они все – именно такие, какие есть. Вот Эктор
– о
н у нас высший
кулинарный разум (смеется). Николай – суров, но справедлив, плюс он
 секс-символ. Жанна дает женскую мягкость, может и поплакать, когда ей
жалко участника.


Шевченко-алевтина-интервью-7

                                        Как же иногда лютует Николай Тищенко!

А что если в процессе съемок человека унижают, критикуют, обижают?

Участников, которым пришлось пережить на съемках стресс, мы, конечно, поддерживаем потом, даже если, собственно, они не прошли кастинг. Мне все потом звонят. Да еще из прошлых проектов звонят! Я сама поставила себе такую задачу – я чувствую ответственность за участников. Руководство от меня этого не требует. Но я понимаю, что у человека может остаться неприятное послевкусие, и ему потребуется помощь.

Зачем люди приходят на такие шоу?

Мотивации самые разные бывают. Бывает, у человека какая-то травма. 

Вот у участника Виталика мама 

– повар очень талантливый, знаменитый. Он тоже хотел стать поваром, как она. А мама сказала – нет, иди на экономический факультет, и он стал банковским служащим. У него – травма, классическая психологическая травма. И вот он пришел на шоу ее лечить, захотел что-то изменить. Самоутверждение часто бывает мотивацией. Вот на шоу есть девочка – по сути, уличный ребенок, брошенный матерью, с тяжелой судьбой. И сейчас она собирается дальше идти в проекте, она тянет одеяло на себя – то ее уносят, то еще что-то. Есть такие демонстративные типы, которым тяжело держать все внутри себя. Они выкладывают свою историю, проживают ее у нас. Можно сказать, что на шоу происходят даже психологически полезные вещи.

Шевченко-алевтина-интервью-8

                                            Он хочет быть поваром, а мама ему – “Нет!”

Почему люди иногда идут даже на безрассудные поступки ради участия в шоу?

А почему солдат идет в бой под пулями? Мотивация сильнейшая. У нас уникальное шоу с точки зрения мотивации – люди ее годами вынашивают, десятилетиями. Приходят реализовать мечту. Кулинария – это вид творчества и у него есть фанатичные приверженцы. И я же вижу, они, когда готовят, то впадают в определенное состояние.  Для меня это большое открытие. Я расширила свой «кулинарный интеллект» (смеется).

Какие трудности  возникают  у психолога в работе на телешоу?

Самое тяжелое для психолога – придумать какую-то сценарную манипуляцию. Чтобы раскрыть характер человека. Тяжело понять, что здесь – другая профессия, не терапия. Нужно забыть свои психотерапевтические привычки.

На  «Плюсах» меня довольно редко подпускали к участникам. Там должна была вся эта каша вариться сама по себе, чтобы я не мешала. Нужна была только в том случае, когда у участников психологическая нагрузка становилась чрезмерной – только тогда.  А на «МастерШеф» я нахожусь в самой гуще событий, сама дозирую свое присутствие и степень участия, психолога не должно быть слишком много. За мной начальство не ходит с мелочными придирками.

Шевченко-алевтина-интервью-9

         Я нахожусь в самой гуще событий, сама дозирую свое присутствие и степень участия

Есть какие-то публичные истории про телепсихологов?

Недавно психолог другого проекта на нашем канале выложила в социальной сети описание проблем участницы. Что здесь началось! Набежавшие комментаторы обвинили ее в нарушении конфиденциальности, незнании этического кодекса психолога, бесчеловечности. А ведь изложенное было только кратким пересказом того, что участница шоу сама захотела рассказать  на камеру, обвинения были совершенно беспочвенными, но они прекрасно иллюстрируют ту настороженность и недоверие, которое в принципе существует в обществе в отношении нашей профессии.

Лично у меня после беседы с Алевтиной настороженность и недоверие к психологам исчезли, как не бывало. Обещаю вам и дальше находит интересных представителей интересных медийных профессий – надеюсь, будет интересно.